Пути рунета

В конце 2016 года организацией Freedom House был опубликован рейтинг, посвящённый исследованию свободы Интернета в разных странах мира. Россия в нём заняла почётное 49-е место, пропустив вперёд Руанду и Зимбабве. Не так давно советник президента по вопросам развития Интернета Герман Клименко предложил сделать рунет ещё более несвободным и применить к нему китайскую модель развития. Кстати, Китай в рейтинге свободы интернета находится на 65-м месте. Нужны ли нам такие перспективы?

Чтобы понять, как и почему китайский интернет занял последнюю позицию рейтинга, надо узнать, что он из себя представляет. Во-первых, интернет в Китае доступен далеко не всем: в 2011 году к глобальной сети имели отношение не более 40% китайцев. Во-вторых, Интернет в Поднебесной контролирует правительственный проект под названием «Золотой щит», или, как его называют неофициально, «Великий китайский файрвол». По сути это глобальный фильтр, который сортирует контент: запрещает доступ к некоторым иностранным сайтам и вообще контролирует любую зарубежную информацию. Гости Китая знают, что на территории страны запрещён доступ даже к такой безобидной на первый взгляд сети, как Инстаграм. С Википедией тоже не всё гладко: в разные годы предпринималось несколько попыток блокировки сайта.

Назначение сетевых ограничений понятно: Интернет – сильная стихия, и информация, которую он содержит, способна мощнейшим образом воздействовать на умы людей. Закрытая глобальная сеть – один из признаков тоталитарного государства, подавляющего проявления инакомыслия и содержащего население под информационным колпаком. Казалось бы, если мы стремимся к свободе слова и убеждений, то следует освободить интернет-пользователей от всяких сетевых щитов и прочего, позволить всем и каждому иметь доступ к любой информации и позволить открыто выражать своё мнение в любых сетевых ресурсах. Так мы станем ближе к «цивилизованному Западу», станем свободнее и либеральнее. Но только на первый взгляд

Германия и США занимают четвёртую и шестую строчки в вышеупомянутом рейтинге. Интернет в этих странах считается свободным – никаких тотальных ограничений в нём нет. Однако в обеих странах существует развитое сетевое законодательство, которое чётко регулирует содержание информации, попадающей в сеть и доступ к ней пользователей. Так, в США невозможно безнаказанно выкладывать в сеть детскую порнографию, раздувать межнациональную вражду и заниматься другими мерзкими вещами. Система, контролирующая выполнение интернет-законов, безжалостно вычисляет нарушителей по IP адресу, и им грозит уже не виртуальная, а вполне реальная ответственность.

Ограничения существуют везде, где есть угроза интересам человека – в том числе и в Интернете. Даже в самых передовых и развитых по современным меркам государствах. Ограничений в Интернете нет, пожалуй, только в Исландии – но только потому, что нам практически нулевая преступность. Российская действительность преступным штилем похвастаться не может, а значит о безграничной свободе в сети не может идти и речи. Но устанавливая ограничения, необходимо понимать, в интересах кого они устанавливаются – в интересах человека или государства? Если мы стремимся к демократии, свободе личности и прочим либеральным благам, то необходимо взять курс на защиту прав каждого пользователя и его безопасности в сети. Контроль, который подавляет человека и «сливает» всю личную информацию о нём в государственные органы – это ли не нарушение свободы человека?

Принимая решение о том, каким интернет-путём России шагать дальше – западным или азиатским, необходимо понимать – права и безопасность человека превыше всего. Сетевое законодательство, которое только предстоит разрабатывать и совершенствовать в нашей стране, должны быть подчинены именно этому, а не запугиванию людей и помещению их под информационный колпак.